КОНУРА Полиграфа Полиграфыча

Rambler's Top100
главная о конуре обновления читаем с нами косточки книга отзывов почта

наши авторы


читаем с нами

Злобный Ых

Ник Перумов, Полина Каминская "Посредник" ("Похитители душ - 1 ")

В тот день Команде передали приказ - идти на станцию метро. Противогазов, что характерно, с приказом не передали. То ли заливает Пурген про тамошних крыс, от которых крышу срывает, то ли нет, но подстраховаться все равно придется. А где противогазы взять? Известное дело - в Гаражах. Да только до гаражей еще дойти надо. Да вообще в этот день все один к одному. Сначала саунд-волна прошла. Хорошо хоть, на холме в это время оказались, склоном прикрылись. Потом на группсов напоролись, еле отстрелялись. Ну, а потом кислотный дождь начался. Что осталось? Правильно, в Трубу соваться. Прямо в зубы к Ржавому Червю. А что делать? Приказ есть приказ. Вот и крутись, Вомбат, соображай, как до места добираться...

Орден за успешную проводку "Святой Марии" мимо жжаргов - хорошо. Поощрительный отпуск на Землю за это - еще лучше. Дзинтарс Дзинтарсом, но и на Земле дел хватает. А то, что вместе с госпиталем еще и свою шаланду с контрабандой провести удалось - вообще здорово. И откуда, спрашивается, вылезли жжарги в аккурат в тот момент, когда челнок еще не успел набрать скорость? И ведь "Надежда", лохань дырявая, пассажирами доверху набита. Что делать? Героически погибать, как в тот раз? Нет, "Погибаю, но не сдаюсь" хорошо в меру. "Надежда" хотя и та еще лохань, но вот если отстрелить пассажирский отсек да немного побарахтаться... Жми, Юрка, на все педали! Эти жжарги еще пожалеют, что с тобой связались!

Саша точно помнил, с чего все началось. С того самого момента, как его двойник на мониторе не отступил вместе с ним на два шага назад, а наклонился вперед и завалился под подходящий поезд. Когда он очухался, то выяснилось, что корзины остались там, на платформе. Но это полбеды. Весь о настоящей беде прилетела позже. Бабушка, веселая полная бабушка Оксана, нашлась на скамье в парке. Мертвая. Истощенная, как дистрофик. Еще неделю назад она ничуть не собиралась умирать, и вот на тебе! И что это за Поплавский такой, которому она свою квартиру завещала?..

Текст совершенно не-перумовский. Настолько не перумовский, что я даже заподозрил, что соавтор он чисто номинальный. К такому выводу потталкивает и тот факт, что третий роман серии написан Каминской в гордом одиночестве. Никаких уныло повторяющихся героических борцов за мир с мечами из несподручных материалов. Никаких эльфов, гномов и прочего Мирового Зла, пожирающего один параллельный мир за другим. Просто приключения в нашей и сходных реальностях, в том числе такой, что живо напоминает про "Пикник на обочине". Аллюзии на Стругацких, кстати, в тексте никак не маскируются. Наоборот, сплошь и рядом почти открыто (а иногда и совсем открыто) читатель отсылается к самым разным классическим призведениям. И мир Виталия-Вомбата, и мир Юрия получились объемными, яркими и хорошо проработанными.

Однако выдающимся текст также назвать нельзя. Причина этого - в центральном стержне, вокруг которого вьются параллельные миры. Чуть выше я сказал, что Мировое Зло в тексте отсутствует. Сказал - и немного слукавил. На самом деле оно есть, но хорошо упрятано за кадром. И упрятано так, что выглядит жалко и беспомощно. Не боясь превратить аннотацию в спойлер, могу смело рассказать завязку: сверхсущества хотят то, чего нет у них, но что имеется у каждого человека. Что именно? Да душа, блин. И вот ради этой души они и позволяют некоторым людям устраивать театр одного актера в интересной им декорации. На кой сверхсуществам эти души, в тексте поясняется настолько невнятно, что искать скрытый смысл бесполезно. Надо - и все. Мир наизнанку выворачивать, например. Ход настолько беспомощный, что хочется не то смеяться, не то плакать. Превосходный во всех прочих отношениях роман расплывается бесформенной медузой, не имея внутренней опоры. Ну да, очень красиво и эффектно стреляют в космосе и на земле, главные герои очень интересно охотятся друг за другом, но... Отсутствие идеи - это диагноз. Собственно, это квитэссенция перумовских текстов - красивая драка на пустом месте.

Наконец, развязка вообще никакая. То есть нет никакой толковой развязки ни в первой книге трилогии, ни во второй (третью я еще не осилил). Возможно, сделано так специально - чтобы писать продолжения. Однако с этого не легче.

Резюмирую. Текст наверняка очень понравится поклонникам как приключений в целом, так, возможно, и конкретно "Пикника на обочине". Красивый многоплановый фантастический боевик. Любителям жанра его прочитать необходимо в любом случае. Прочим - на личное усмотрение.

Жанр: научно-фантастический боевик
Оценка (0-10): 7
Ссылка: BestLibrary


Цитаты:

Первым свист уловил Двоечник и, охнув, схватился за затылок. Звук начал быстро нарастать. Удача, ах какая все-таки удача, что лягушки задержали Команду на холмах. Через час мы бы уже топали по равнине, а там... На ровном месте спасения от саунд-волны, как известно, нет. Но первая же возвышенность, принимая волну на себя, гасит колебания практически без отражения. Это все, конечно, теория. А практика проста: если наверху - живо вниз! Дальше действовал уже не мозг. Тренированное тело моментально сложилось в клубок, руки втянуты в рукава, подбородок поплотнее - к груди, падаешь на бок и быстро, кубарем вниз. Голову при спуске поднимать категорически не рекомендуется во избежание расставания с оной.

Все. Доехал нормально. Целую крепко. Ваша репка. Вомбат как следует пропахал колючий склон и теперь лежал лицом в небо, очень хорошо представляя себе ощущения яблока, натертого на мелкой терке. Покосился в сторону - на вершине холма все еще стояло зыбкое марево, совсем как над разогретым асфальтом. Тихо так. Все правильно, слух вернется минуты через три-четыре. Обычное последствие саунд-волны, но каждый раз Вомбат с трудом подавлял желание заправить обратно в уши вывалившиеся мешочки барабанных перепонок. Уж очень живо он себе это представлял.

Командир быстро огляделся, хотя чувствовал - скатиться успели все.

- Почему я не Илья Муромец? - глухо пробурчал рядом Пурген. - Давно пора с этим Соловьем-разбойником разобраться...

Шутка была дежурная, но заржали все. Далее должен был следовать отзыв. Обычно первым откликался Азмун, но сейчас он чего-то молчал, видно, треснулся при падении сильно. Вомбат немного подождал, приподнял голову и, дабы не нарушать традиции, отозвался:

- Да из тебя, Леня, Илья Муромец, как из дерьма - пуля.

Тут оказалось, что традиции почитали все. Фразу одновременно и стройно произнесли три голоса. Командир терпеливо подождал, когда мужики успокоятся - последним еще несколько минут кудахтал сам Пурген, - и прежним суровым голосом скомандовал:

- Все, завязали. Подъем.

До Просеки оставалось часа полтора ходу.

Раньше это был один из самых спокойных участков, или, как говаривал Стармех, "интервалов". Позади - Вредные Холмы, на которых всегда что-нибудь да случалось (вот на сей раз звуковая атака там застала), позади - лягушки (хорошо, что лягушки... а то мог и кое-кто похуже подвернуться). Теперь топай себе, километры считай. Вот только вправо, к полям, забирать не рекомендуется. Для здоровья вельми опасно. Потому как там - малый джентльменский набор удовольствий: Бешеные Пни, Борозда, в которой кто-то живет... да такой, что встречу с ним еще никто не пережил, а кроме них, те, кто и Пней, и Борозд, и даже Горелых Вагонов опаснее, - люди. И тоже с карабинами.

Влево, впрочем, забирать тоже не рекомендовалось. Один в этих местах путь. Одна тропа. Прямиком - к Просеке. И много кто по ней ходит.

...Вомбата спасла только отточенная годами тренировок реакция. Двоечник еще хлопал длиннющими ресницами, Стармех только поворачивал голову, Пурген закрывал рот, Азмун округлял глаза - а карабин в руках Командира уже коротко плюнул огнем.

Всем хороши автоматы, когда против людей. А здесь, на подступах к Горелым Вагонам, все-таки большей частью иные цели на мушку лезут. Да такие, что на них не пулька, а гранатомет "шмель" нужен. Тот, который с объемным взрывом. Бетонный гараж от попадания его гранатки моментом складывается внутрь, точно карточный домик. Но Вомбат никогда не изменял старому доброму "Симонову". Переделан, конечно, под мощный патрон - и стальной рельс запросто насквозь прошивает.

Миг спустя судорожно закашлял десантный "Калашников" доктора. Следом за ним открыли огонь Пурген и Дима. Двоечник, как самый хилый, шел почти налегке. Древний "ТТ" - и все.

Из черных скользких зарослей (сколько на них солянку пополам с серной ни лей, все равно живые, гады, - мутировали) вырвались четыре мохнатых клубка. В атаку они бросились беззвучно, и Команде скорее всего тут же и настали бы кранты, если бы инстинкт Вомбата не заставил его навскидку всадить тяжелую пулю со смещенным центром тяжести (такая, попав, в кашу перемалывает внутренности) в совершенно невинную на первый взгляд кочку. Кочка взревела дурным голосом, выпростала четыре мощные кривые лапы, распахнула розовато-серую пасть с зубищами белой акуле впору и маханула прямо к обидчикам. А следом за ней - еще трое.

Группсы. Они же - медвепсы. И откуда только такая помесь могла возникнуть? А впрочем, все законы Менделя и Дарвина уже давно к черту полетели. Возьмите злобность пит-булей, хитрость фокстерьеров, ум овчарок, прибавьте силу, почти равную медвежьей, впихните все это в очень крупного дога, грудь ему расширьте вдвое, дайте медвежьи когти и лапы, несообразную пасть, какую только в ужастиках увидишь, тушу покройте густым мехом (легкие пули, бывало, так в нем путались, что застревали сразу в подкожном жиру, не причиняя вреда) - и получится настоящий медвепс. Впрочем, нет, не получится. Поскольку тварь эту представить можно, лишь столкнувшись с ней нос к носу.

Вомбат стрелял, ведя ствол за ближайшим зверем. В твари уже сидело самое меньшее шесть пуль, левую часть головы разворотило в кашу, однако медвепс все еще бежал, и Вомбат знал: бестия успокоится, лишь только запустив клыки и когти в глотку убийцы или если ее попросту разорвут на куски.

Левую переднюю лапу медвепса оторвала только последняя в обойме, десятая, пуля. Рука уже сама оттягивала затвор, впихивая в пазы новую обойму, а медвепс со всего размаху хряпнулся оземь.


"Прорвались, значит..." - отрешенно подумал Юрий, глядя на экран, словно все происходящее не касалось его ни в малейшей степени. Раз прорвались с "дымарем" - значит, минно-артиллерийская позиция, до сего времени надежно прикрывавшая тылы русского флота в системе с дурацким кодовым названием "Дзинтарс" (духи такие есть вроде...), прорвана и даже неуклюжие жжаргские увальни - "дымари", которые без прикрытия любой мальчишка расстреляет из рогатки, - могут спокойно проходить до баз снабжения, ремонта и всего прочего, при отсутствии коего славному флоту очень скоро придется подорваться на собственных торпедах, чтобы не достаться врагу...

Номерной сторожевичок задергался. Верхняя лазерная башня крутанулась навстречу жжаргам. Эх, калоши тыловые, да разве ж так сейчас надо...

Рейдеры ответили сторожевичку великолепным презрением. Только один из них походя плюнул в него струей плазмы. Как эти гады ухитряются ее получать, да чтобы она не хуже лазерного луча била, один бог Галактики ведает. Ну что, конец нашему стражу?.. Нет, смотри-ка, успел экран отстрелить...

Между кораблями в пустоте полыхнуло. В глубоком вакууме нечему гореть и взрываться, но вот когда щит сталкивается с плазменным снарядом жжаргов - это зрелище незабываемое. Любимый кадр фронтовых кинооператоров.

Ослепительно белая точка на миг исчезла в пепельно-серой разворачивающейся завесе мягкого щита. Жжарги подошли слишком близко, командир сторожевика стрелял экраном скорее всего наудачу, но... она ему таки улыбнулась. На время. А затем чернота обратилась в дивный многоцветный клубок прянувших в разные стороны огненных змей. Кто знает, почему так выходит и какие глубокие физические законы обязывают пламенные струи окрашиваться во все цвета радуги?.. Но вот обязывают, однако... Только теперь Юрий понял, не услышал, а именно понял, что в салоне вопят женщины. Нервы сдали даже у видавших виды медсестер, так что же говорить о штабистках-шифровальщицах, связистках и прочих, отродясь не бывавших вблизи передовой!

Один из рейдеров решил все-таки задержаться и расправиться со сторожевиком. Но деталей капитан-лейтенант уже не видел. Сбросив привязные ремни, он бежал по узкому проходу между кресел к двери, над которой мерцал транспарант: "Экипаж".

По правилам, рубка должна быть наглухо загерметизована и отделена от пассажирского отсека толстой, запертой на все замки бронедверью. Однако на "судне тылового обеспечения, невооруженном" формальности соблюдались не столь строго. Личного браслета с кодом командира корабля боевого класса оказалось достаточно. Замок утробно всхлипнул неисправной, подтекающей гидравликой, и Юрий оказался в рубке.

У него оставалось не более минуты. Именно столько нужно было жжаргским рейдерам, чтобы выйти на линию огня, расстрелять контейнеровозы-буксировщики и выслать штурмовые группы для захвата челнока.

Толстый пилот, худой очкастый штурман и еще пара бледных членов экипажа "Надежды" воззрились на внезапно появившегося у них за спинами капитан-лейтенанта, точно на привидение. Браслет-опознаватель уже выдал на дисплеи челнока исчерпывающую информацию о Юрии.

- Отстрел пассажирского отсека! - заорал Юрий Прямо в жирную рожу пилота. - Живее, сволочь! - Не предусмотрено... конструкцией... - раздался ответный лепет, и тут Юра увидел, что рука второго пилота уже легла на красную рукоять катапульты, катапульты, что вышвырнет в пространство саму рубку с ее обитателями, оставив неуправляемый челнок беспомощно дрейфовать в пространстве. Времени разбираться не было. Юрий попросту врезал трусу ребром ладони по горлу, а когда тот отключился, одним движением сорвал крышку с блока управляющих контуров бортового вычислителя.

Даже если строители "Надежды" не предусмотрели возможности аварийного отстрела пассажирского отсека (хотя обязаны были, на случай неуправляемой реакции в двигателях), при мобилизации на челнок не могли не поставить "комплекта последней надежды". Неужели эти олухи, по недоразумению именуемые пилотами и штурманами, об этом не знают?..

Оказалось, что не знают. На "Надежде" НЕ БЫЛО ни катапульты для пассажиров, ни даже жалкого устройства "последней надежды". Не было ничего, кроме маневровых двигателей... да смекалки капитан-лейтенанта.

 



Другие рецензии>>


  Тенета - конкурс русской сетевой литературы   Сосисечная   Кот Аллерген   Газета вольных литераторов   Арт-ликбез от Макса Фрая   Лев Пирогов  

Попытаться найти : на


Rambler's Top100

           ©Конура Полиграфа Полиграфыча, 2001